Рыбалка

18 876 подписчиков

Свежие комментарии

  • Мария
    Прошу всех любителей рыбалки убирать за собой мусор. И не ставить по 10 удочек на место, куда привозится песок для де...2035. Озеро в пос...
  • Игорь Малихов
    Статья ни о чём .... Как ловить догадайся сам ....За кефалью в Абхазию

1602. Движения «Против захвата озер»

Саботаж

ИЛИ РАЗМЫШЛЕНИЯ У ПАРАДНЫХ ПОДЪЕЗДОВ ПРИРОДООХРАННЫХ ВЕДОМСТВ

 23.01.2014

«Зачем громить заборы, действуйте в пра­вовом поле!» – в один голос говорят акти­вистам движения «Против захвата озер» сотрудники надзорных органов. Недавно Роман Ларин из Сестрорецка Ленинград­ской области совершил марш-бросок по кабинетам чиновников.

О результатах он рассказывает в своем отчете на сайте дви­жения «Открытый берег».

 

5 июля 2013 года я вместе с члена­ми моей семьи был выгнан оборзевши­ми холуями сановных берегозахватчиков с территории Угольного острова (Сестро­рецк), что послужило причиной моего знакомства с движением «Против захвата озер». Это такие ребята с ярко выражен­ной гражданской позицией, которые бо­рются за доступность береговой полосы водоемов общего пользования, как то и гарантировано существующим законода­тельством. Когда бумажная работа захо­дит в тупик, участники Движения берут в руки строительные инструменты и, за­сучив рукава, производят «народный де­монтаж» ограждений. В одной такой ак­ции в поселке Удальцово (Приозерский район Ленобласти) принимал участие и я. 24 августа за две минуты мы успели де­монтировать две секции забора, препят­ствующего проходу вдоль береговой ли­нии озера Суходольское, после чего были повязаны караулившими нас полицей­скими.

Естественно, что по факту выявлен­ных в ходе «экологической прогулки» правонарушений на Суходольском я со­ставил заявление в Природоохранную прокуратуру Ленинградской области. Шли месяцы. Прокуратура переслала мое обращение в департамент Росприроднад­зора. Вскоре оттуда пришел ответ. Из не­го следовало, что была проведена провер­ка участка, расположенного… аккурат по соседству с теми, которые я просил про­верить.

Но перепутать было невозможно! Я четко написал «прошу проверить участ­ки к северу от форелевого хозяйства», по­чему же решили проверять само фореле­вое хозяйство?! Уж не для того ли, чтобы написать мне в ответе: «проведенная про­верка форелевого хозяйства ООО «Экон» нарушений Водного кодекса РФ не выяви­ла», так как их действительно там нет! За­то сплошная полоса нарушений начина­ется сразу за забором ООО «Экон». Но их инспектор почему-то не заметил.

Возмущенные циничностью ответа не по существу, мы решили лично побесе­довать с чиновниками, которым направ­ляли запросы. Вместе с координатором «Против захвата озер» Ириной Андриа­новой, прихватив еще несколько обра­щений по другим объектам, мы отправи­лись в областную природоохранную про­куратуру.

На удачу, глава ведомства проку­рор Судакова Татьяна Николаевна оказа­лась на месте, более того, согласилась нас принять. Лично. Собственно, на этом на­ше везение и закончилось. Разговор как- то сразу не задался. Судакова изначаль­но заняла жесткую бюрократическую позицию, отфутболив заявление по Су­ходольскому на том основании, что «они (Росприроднадзор – Р.Л.) нам не подчи­няются». Робкие попытки возражать пре­секались на корню. Злоупотребляя мен­торскими интонациями, хозяйка кабине­та всем своим видом давала понять, что в Ленобласти и без нас есть кому надзи­рать за соблюдением законодательства. В итоге из четырех заявлений приняла лишь два.

«И пошли они солнцем палимы» в де­партамент Росприроднадзора. По стран­ному стечению обстоятельств департа­мент сей располагается по адресу Литей­ный, 39 – в том самом доме, где прежде проживал министр государственных иму­ществ, в том самом доме, которому поэт Некрасов посвятил знаменитейшее сти­хотворение «Размышления у парадного подъезда»:

 

Вот парадный подъезд.

По торжественным дням,

Одержимый холопским недугом

Целый город с каким-то испугом

Подъезжает к заветным дверям.

 

Впрочем, нас, ходоков, Николай Алексеевич упоминает лишь в третьей строфе:

 

А в обычные дни

Этот пышный подъезд

Осаждают убогие лица:

Прожектеры, искатели мест,

И преклонный старик, и вдовица.

От него и к нему то и знай по утрам

Все курьеры с бумагами скачут….

     Прискакали туда с бумагами и мы. Но с кондачка, на дурика, под сановные сво­ды, как и прежде – не пущають. Звоню с вахтенного телефона:

– Мог бы я встретиться с… – называю фамилию ответственного подписанта.

 

Девичий голосок:

– А вы на прием записаны?

– Нет… Но хотя бы заявление по­дать…

– Заявления принимаются до трех. (А уже четвертый)

– Девушка, нас сюда из прокуратуры послали.

– Без записи не принимаем, запиши­тесь и приходите завтра.

– Я издалека приехал…

     Так мы и препирались в трубочку. Сто пятьдесят пять годочков минуло – ни­чего не изменилось! Тщетно.

     Ирина поступает иначе – опыт! Она набирает телефон, указанный в одном из ответов, и через минуту приятный моло­дой человек увлекает ее промеж двух зу­бров (скульптуры) под легендарные ко­лонны. Оставив вахтеру паспорт, поспе­шаю следом и я.

     Вскоре с чувством глубокого удовлет­ворения мы вырываемся на свободу: за­явления поданы, причины разъяснены, мяч на стороне противника, можно пере­дохнуть.

 

     Сказано: «Древо узнается по пло­дам, а человек по делам». А плоды «дея­тельности» природоохранного прокуро­ра мы можем узреть возле практически каждого водоема Ленинградской обла­сти. Как грибы после дождя появляются новые и новые берегозахваты. И вот уже законопослушные граждане, видя безна­казанность имущественного поведения более наглых соседей, начинают следо­вать их дурному, заразительному приме­ру. Процесс носит лавинообразный ха­рактер: цепная реакция. И если еще не­сколько лет назад присвоение земли мог себе позволить лишь высокопоставлен­ный чиновник или реальный авторитет, то теперь каждая промокашка норовит оттяпать свою шакалью долю Родины. Отдельные случаи превратились в массо­вое шествие заборов к воде.

     По факту, ворью (если называть ве­щи своими именами) противостоит лишь группа неравнодушных людей, которые в свое собственное свободное время и за свои собственные деньги отстаивают го­сударственные интересы. А вся деятель­ность многочисленного и хорошо оплачи­ваемого государственного аппарата, по сути, направлена на покрытие противо­правных деяний. Это выражается и в пря­мом бездействии, и в «заматывании» за­явлений в бюрократическом циклотроне, и в судебных тяжбах (активистов затаска­ли по судам), и в задержаниях при прове­дении «народного демонтажа».

     Только вдумайтесь! На том же Су­ходольском, чтобы отстоять незаконно установленный забор зарвавшегося ба­рыги, за сто километров, из Петербурга, была прикомандирована целая дюжи­на полицейских! Это не считая местных стражей закона. Нас не просто пасли от вокзала, на вокзале нас уже ждали! Т.е. проводилась определенная оперативная работа (слежка? прослушка? внедре­ние?). Кто всем этим занимается? Не те ли, кому по долгу службы положено следить за поддержанием порядка и со­блюдением законности? Вопросов мно­го, но мне на ум приходит только од­но слово – саботаж. От французского Sabotage – умышленное неисполнение или небрежное исполнение определен­ных обязанностей, скрытое противо­действие чему-либо.

В октябре минувшего года президент подписал закон об усилении администра­тивной ответственности за самовольное занятие берегов водных объектов. Теперь за подобные деяния на граждан может быть наложен штраф в размере от одной до трех тысяч рублей; на индивидуальных предпринимателей – от 10 до 30 тысяч ру­блей или их деятельность может быть приостановлена на срок до) до 90 суток; на юридических лиц – от 50 до 100 тысяч или приостановление деятельности до 90 су­ток; для должностных лиц штраф от 10 до 30 тысяч рублей.

СПРАВКА

Согласно Водному кодексу РФ, береговая полоса не может быть приватизирова­на, арендована и огорожена для личных нужд гражданина или организации. Понят­но, что для нарушителя, заплатившего несколько миллионов или десятков миллио­нов рублей за прибрежный участок земли, штраф в несколько тысяч нисколько не страшен. Но ведь привлечение к ответственности не освобождает виновных от обя­занности устранить допущенное нарушение. Вот тут-то и должны подключиться ор­ганы контроля, и в первую очередь прокуратура, чтобы добиться освобождения бе­реговой полосы.

К сожалению, в подавляющем большинстве случаев ничего подобного не про­исходит. Доказательство тому – сплошь застроенные и перекрытые заборами бере­га расположенных вокруг городов более-менее крупных водоемов.

Автор

Роман ЛАРИН, Движение «Против захвата озер»   http://www.rybak-rybaka.ru/articles/100/20404/

Картина дня

наверх